Olga_Mitireva_colour

Нестандартный взгляд на "суперльготу" - жилье детям-сиротам по достижении 18 лет

Фото отсюда.

Сразу оговорюсь: мнение ниже – это мое мнение как ГРАЖДАНИНА. Если ко мне обращаются за ЮРИДИЧЕСКОЙ помощью, я помогаю добиваться исполнения действующего закона без примеси собственных оценок в отношении качества или уместности того или иного закона.

Принимающих родителей и бывших детей-сирот я консультирую с 2005 года. Постепенно жизненные истории, практика применения законов начали менять мой взгляд на некоторые – сперва очевидные – вещи.

Например, предоставление жилья детям-сиротам по достижении 18 лет. Казалось бы, что может бы справедливей этой меры? Но после многих лет опыта и размышлений о путях преодоления сиротства в России я пришла к выводу: эта льготу НЕ реалистична, НЕ реализуема и прикрывает глубокое равнодушие государства к реальной судьбе ребенка-сироте.

Почему?

В большинстве (если не во всех) развитых стран ребенок, утративший родительское попечение, оперативно передается
или на усыновление, или в профессиональную приемную семью. В учреждениях воспитывается лишь небольшой процент детей, чье состояние здоровья объективно требует постоянного стационарного ухода.

Этот подход основан на убеждении, сформировавшемся после Второй мировой войны (когда наглядно проявилось негативное влияние коллективного воспитания на детей, переживших эвакуацию отдельно от родителей), что учрежденческая, детдомная форма воспитания по определению не отвечает базовым потребностям ребенка и неминуемо – при самых замечательных воспитателях – калечит его. Поэтому если есть хотя бы малейшая возможность поместить ребенка в семью – постоянную усыновительскую или временную (до 18 лет) патронатную – нужно обязательно это сделать.

И тем не менее в России детдома явно преобладают над семейно-профессиональными формами воспитания (согласно официальной статистике, в 2014 году в детские дома семейного типа, в патронатные семьи было устроено 403 ребенка, а в обычных детдомах осталось более 88,735 детей).

Если оставить в стороне возможные коррупционные причины такого благоволения к детдомам (в СМИ регулярно появляется информация о нецелевом распоряжении выделяемыми на сирот средствами как на уровне детдомов, так и на уровне контролирующих их органов), остается второе немаловажное «преимущество» детдома перед сообществом приемных родителей: примитивность устройства детдомовской системы воспитания и, как следствие, удобство в управлении. Ведь реформа детдомов в центры патронатного воспитания – это по сути переход от казармы, где превыше всего комфорт для начальства, к системе, где во главу угла поставлен отдельный ребенок-сирота и его нужды. А в казарме «решать вопросы» гораздо проще, чем с десятками приемных семей.

А в качестве компенсации за детство, проведенное в условиях почти режимного объекта, государство обещает в 18 лет «соболью шубу на плечи» - аж целую отдельную однокомнатную квартиру.

Слово «обещает» использовано не случайно. Как видно из обращений бывших детей-сирот на почту www.adoptlaw.ru, далеко не всем выпускникам детдома удается добиться отдельного жилья после достижения 18 лет. Нередко жестко регламентированное детство обрывается выходом буквально на улицу.

Во-первых, местные органы жилищного учета под надуманными предлогами затягивают постановку на учет даже тех выпускников детдомов, которые формально соответствуют требованиям для предоставления жилья. А если не-постановку удается «дотянуть» до достижения бывшим сиротой 23 лет, то выпускник детдома право на получение жилья потеряет автоматически, неважно по чьей вине он им не воспользовался.


Например, вот история Виктории С. из Сахалинской области (переписка 2014 года). Оба родителя Виктории были лишены прав, мать больна шизофренией. Органы опеки изъяли девочку из частного дома общей площадью 44 кв.м без горячей воды и какой-либо сантехники (кроме одного крана на кухне), где после Виктории остались проживать еще трое человек, включая лишенную прав мать.

Однако, когда Виктории было 12 лет, администрация города торжественно закрепила «право» девочки вернуться в этот барак. Такое решение противоречило и федеральным, и сахалинским законам, согласно которым подобное жилье признается непригодным для возвращения. Закончив школу, Виктория регулярно обращалась в администрацию города с просьбой включить ее в список детей-сирот, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями. Но каждый раз ее заявления либо не принимали, либо «теряли», либо отвечали устными отговорками типа «мы же не виноваты», «мы в таких же условиях живем» и т.п.

Когда Виктория наконец решилась обраться за правовой помощью и подготовить заявление в суд, администрация официально сообщила ей, что срок для поставки на учет пропущен, т.к. Виктория должна была попасть в очередь до 23-летия (что действительно так). И уже никто не вспомнил, что этот срок был пропущен потому, что чиновники «мудро» избегали регистрировать неоднократные заявления или давать на них письменный ответ, который можно было бы оспорить в суде – и встать-таки на очередь в пределах срока.

Во-вторых, даже попав в очередь, бывший сирота сталкивается с тем, что квартир нет физически. С 1 января 2013 года из ст. 8 Федерального закона РФ № 159-ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот", и из п. 2 ст. 57 Жилищного кодекса РФ, которые и устанавливают право ребенка-сироты получить жилье по достижении 18 лет, пропало упоминание о том, что жилье детям-сиротам предоставляется ВНЕ ОЧЕРЕДИ. Вопрос очередности был передан на уровень субъектов РФ, и далеко не все они готовы гарантировать внеочередное предоставление жилья именно сиротам (о бюджетных проблемах регионов РФ, вызванных «майскими указами» Президента РФ).

По сообщениям СМИ, в 2013 году в стране были обеспечены жильем лишь 22 454 бывших детдомовца, остальным 72 300 сиротам крыши над головой не досталось. В целом, с 2011 по 2015 год численность бездомных сирот в стране выросла с 70 тыс. до 128 тыс. человек (отсюда).

Поэтому очень типичны письма такого рода (письмо от Натальи из Рязанской области, июль 2015 года): «Я выпускница детского дома в 2012 году (в 16 лет) на учете по жилью с 2014 года. Обещают в 2017 году. Закончила обучение и закончилась регистрация. У меня годовалый ребенок, не могу получить пособие без регистрации (безработная). Как получить регистрацию? Спасибо за ответ».

Или вот еще ситуация (пишет Алексей С., Иркутская область, июль 2015): «Гражданин из числа детей-сирот обучался в колледже по очной форме. На время обучения был обеспечен общежитием. Однако к учебе относился плохо, не ликвидировал возникшую академическую задолженность и был отчислен. Прокуратура считает выселение из общежития законным, но этому гражданину буквально некуда идти. Несмотря на то, что он уже достиг возраста 20 лет и включен в список на обеспечение жилым помещением, до сих пор жилья он не получил. Что же делать!? Ведь на карту поставлена судьба человека – пусть и неуспевающего по учебе».

А вот ситуация в Саратовской области.

Ситуация с жильем для детей-сирот в Бурятии.

О ситуации в целом по стране.


В-третьих, в число претендентов на собственное жилье совершенно законно НЕ включаются те дети-сироты, которые воспитываются в детдомах VII и VIII вида с диагнозами, которые (по мнению государственной медкомиссии) исключают самостоятельное проживание. Но если смотреть за букву закона, то ведь эти диагнозы и отношение комиссии к сиротам не всегда добросовестны. При этом выпускнику никто не объясняет, что диагноз можно снять, чтобы получить-таки отдельное жилье и избежать попадания в ПНИ на всю оставшуюся жизнь. Подробнее о судьбе выпускников «с диагнозом» можно почитать вот тут.

Наконец, есть еще один аспект, о котором государство умалчивает (или не знает – ведь никто не ведет статистику, как устраиваются в жизни выпускники детдомов в течение 5-7 лет после выпуска): из десяти предоставленных квартир девять вернутся обратно в жилой фонд. Потому что только у одного из десяти сирот, получивших ту «соболью шубу» после многих лет калечащего детдомовского воспитания, получится не уронить ее в грязь под ногами: т.е. не спиться, не превратить в притон, не уйти бродяжничать, не потерять за долги по коммунальным платежам.

Получается, что только через семейное воспитание - либо в родной семье после успешной реабилитации, либо в усыновительской (если найдутся именно усыновители), либо в профессиональной замещающей в семье – но в семье, НЕ в детдоме! – ребенок получает ЧЕСТНЫЙ шанс на успешную социализацию по достижении 18 лет. Только после детства в патронатной семье (если усыновителей или опекунов-родственников не нашлось) он получает такой же реальный шанс, как и его «домашние» сверстники, самостоятельно решить не только жилищный вопрос – через аренду или ипотеку, но и в принципе найти свое место в жизни, а не в подворотне или тюрьме.

А если государству (и обществу) проще закрыть ребенка-сироту на формально-сытое, но эмоционально убогое существование в казарме, то все эти популистские, ни в одной развитой стране «почему-то» не виданые, льготы, становятся фикцией, ложью и несправедливостью.

Первое, исходное право каждого ребенка – на дом. Но не в физическом воплощении, как принято понимать у нас в России практически любую льготу. А в смысле домашнего, семейного воспитания. И если это не может быть родной дом или дом усыновителей, то это уж точно НЕ должен быть дом казенный.

Поэтому я бы поддержала такое предложение, если бы речь шла о голосовании на референдуме, например. Отказаться от декларации, что ежегодно российский бюджет готов оплачивать и раздавать бесплатно 120,000 однокомнатных квартир (сейчас на очереди находится примерно столько детей-сирот), а ВСЕ высвободившиеся средства УЖЕ СЕЙЧАС направить на реформирование детских домов в центры патронатного сопровождения.

Что касается реформы детдомов с 1 сентября этого года, то она мне представляется половинчатой, но если принять ее как последнюю уступку правительства, сверх которой получить уже невозможно, то ей тоже нужны средства и уже сейчас: на переобучение сотрудников и на переоборудование самих организаций.