Olga_Mitireva_colour

Братья и сестры: когда лучше вместе, а когда лучше врозь?


Ранее я писала о причинах слабой мотивации сотрудников ООП на поиск решений в области семейного устройства братьев и сестер. В этом посте хочу предложить возможные пути профессиональной дискуссии, результатом которой могли бы стать общие принципы семейного устройства (в т.ч. раздельного) братьев и сестер.

В семейном законодательстве РФ ситуации разлучения братьев и сестер при устройстве в замещающую семью урегулированы лаконично, почти скупо:
Попытка толкования была предпринята в Постановлении Пленума Верховного суда РФ от 20.04.2006 № 8. В п. 13 этого документа говорится, что разлучение братьев и/или сестер считается возможным, если, например, дети не осведомлены о своем родстве; не проживали и не воспитывались совместно; находятся в разных детских учреждениях; не могут жить и воспитываться вместе по состоянию здоровья. Следует отметить, что формально этот документ касается только разлучения братьев и сестер при усыновлении (хотя мог бы применяться по аналогии и при передаче под опеку или в приемную семью) и описывает только ситуации возможного разлучения детей, а не помещения их в одну замещающую семью.

К сожалению, в большинстве своем сотрудники органов опеки с Постановлением Пленума ВС РФ № 8 не знакомы (а если и знакомы, применять его рекомендации не готовы). Нахождение детей в системе государственных организаций для детей-сирот (даже если это разные организации, или территориально отдельные филиалы, или разные группы внутри одной организации с разными режимами дня) повсеместно трактуется как «совместное воспитание», которое нельзя «прерывать» помещением одного из детей в замещающую семью. В результате, каждый из детей, фактически воспитываясь в полной изоляции, становится заложником «плодовитости» кровных родителей (или инвалидности одного из братьев или сестер).


История Анны, октябрь 2013:
Мне отказали в опеке над 2х-летним ребенком-инвалидом на основании того, что у него есть брат и сестра в других учреждениях. Дети не общаются и вряд ли будут общаться, т.к. ребенок-инвалид, будет находиться в учреждении для инвалидов, а брат и сестра здоровые, они находятся в обычном детском доме. Однако отказали, потому что «есть братья и сестры». Подскажите, возможно ли доказать в данном случае, что взять ребенка под опеку в данном случае в интересах ребенка. Консультировались с врачами, у нас есть финансовая возможность восстановить ребенка и если не снять инвалидность, то по крайней мере поставить на ноги.

История Натальи С., ноябрь 2013 (Оренбургская область):
Мальчик, 2009 г.р., мать лишена родительских прав, отец записан со слов матери. Его брат и сестра (2002 г.р. и 2006 г.р.) живут в коррекционном интернате 8ого вида в другом населенном пункте. Мне выдали направление на ребенка, после согласия учреждения, в котором находятся брат и сестра. Я подписала согласие на ребенка, оформила документы и передала в органы опеки и попечительства. Через некоторое время мне сообщили, что планируется совещание, на котором будет решаться возможность передачи в семью одного ребенка (без брата и сестры). Причем специалист органа опеки сказала мне, что вероятность того, что мне откажут - 90%. Подскажите, какие действия мне нужно предпринять, чтобы повлиять на решение совещания о возможности передачи ребенка?

История Светланы Р., октябрь 2015 года (Челябинская область):
У нас заключение в приемную семью на двух детей, одного нашли, подписали согласие. Присмотрели второго ребенка, но у него еще есть брат и сестра, которые находятся в ДД в другом городе. Опека утверждает, что могут его передать только вместе с братом и сестрой. Насколько это правомерно, если дети и так разлучены?


Одновременно, ни в законодательстве, ни в профессиональном сообществе сотрудников органов опеки (которого попросту нет, поэтому и прорабатываться там ничего не может, конечно) никак не урегулированы вопросы воссоединения братьев и сестер, например:

(1) Если младший ребенок или дети были изъяты из кровной семьи уже после того, как старшие были переданы на усыновление или под опеку (в приемную семью) – есть ли у органов опеки и попечительства обязанность уведомить родителей, воспитывающих старших детей (включая усыновителей), о возможности принять в семью младшего?

(2)
Если младший ребенок или дети были изъяты из кровной семьи уже после того, как старшие были переданы на под опеку или в приемную семью, и при этом на вновь поступивших малышей есть кандидаты на усыновление – следует ли давать приоритет совместному проживанию с кровными братьями и сестрами, но «всего лишь» под опекой (в приемной семье), а не усыновлению, которое приравнивает усыновленного к своерожденным детям, а значит дает полноценную новую семью и братьев-сестер?

(3) Если братья или сестра пережили крайне травматичные события в кровной семье (на семинаре по преодолению опыта жестокого обращения был приведен пример: брат 14 лет и сестра 12 лет были изъяты из семьи наркоманов, где в качестве развлечения для гостей родители – все «под кайфом», разумеется, - принуждали детей совершить половой акт друг с другом) – насколько целесообразно помещение их в одну семью? Зарубежный опыт в таких случаях таков, что совместное воспитания как раз противопоказано – по крайней мере до тех пор, пока каждый из детей не переработает полученную травму при помощи опытных психологов и в рамках отдельной замещающей семьи.

И это только самые яркие из вопросов, которые ставит сама жизнь при семейном устройстве братьев и сестер. На данный момент общих ответов (или хотя бы ориентиров для этих ответов) нет, поэтому каждый сотрудник органа опеки и попечительства «разрубает узел» каждого конкретного случая так, как подсказывает совесть.


История Ирины, февраль 2013 (Ярославская область):
Сейчас у меня в приемной семье трое детей, сегодня я звонила в ООП, чтобы выяснить об алиментах для приемного сына, но узнала, что биомать его умерла, а младшего брата еще в июле отдали в детдом. Учитывая, что у меня находится один ребенок, должна ли опека по месту жительства биоматери и брата мне сообщить о том, что брат направляется в Дом ребенка? (в телефонных разговорах я много раз сотрудникам опеки говорила, что готова взять в семью родственника). Сейчас я созвонилась с той опекой и еще раз сказала, что готова принять ребенка в семью... но там резко ответили, что ребенок «предложен усыновителям», а раз документы у меня не готовы на усыновление, мне они отказывают... на предварительную опеку мне они отдать ребенка не могут, так как эта форма для первичного устройства, а этот ребенок уже в доме ребенка. Правы ли они? Ведь в интересах ребенка быть устроенным в одну семью с родным братом.


История Ирины Р., февраль 2014:
В феврале я взяла в приемную семью двух детей, Вову и Наташу. При оформлении документов узнала, что их младшая годовалая сестра Василиса тоже изъята из семьи, но находится в другом доме ребенка. Я обратилась к руководителю опеки с целью выписать разрешение на посещение ребенка и ее оформления. Но она отказала мне, пояснив что Василису уже начали оформлять другие люди. На мой вопрос, на каком основании делят семью, руководитель опеки агрессивно ответила, что сама приняла такое решение и что «я выигрывала в суде данные процессы и этот процесс выиграю».
Поведение руководителя ООП кажется мне странным. Запрос на разделение детей пришел в опеку по месту нахождения Василисы ровно в тот день и в то время, когда я находилась на приеме у руководителя ООП. Одновременно была затребована психологическая экспертиза Вовы с целью доказать возможность его разделения с сестрой. Хотя в личной беседе все сотрудники детского дома, социальные работники при ознакомлении меня с делами детей неоднократно утверждали, что детей трое, они неделимы, что Вова нянчил Василису и Наташу и замещал им родителей, он фактически сохранил сестрам жизнь. Учительница Вовы говорит, что он часто на занятиях выглядит расстроенным, поясняя, что очень переживает и скучает о маленькой своей сестре Василисе. Воспитатели в группе тоже подтверждают факт, что Вова тяжело переживает расставание с сестрой Василисой.
Вова, находясь у меня на выходных, просил меня не разделять их семью, найти и забрать маленькую Василису. Я обещала ему так и сделать, ведь по закону детей не могли разлучить, и я была уверенна, что с оформлением Василисы проблем не возникнет. Мы желаем и готовы принять всех троих детей, не деля их на маленьких и больших. Вова даже написал письмо, в котором просит не разделять их с маленькой Василисой, - оно передано в Министерство социальных отношений.
Но в данный момент интересы ребенка столкнулись с интересами людей, которые очень заинтересованы разделить данную семью! Для чего одной чиновнице Министерства социальных отношений так важно разделить детей? Почему она пытается убедить меня, что моей семье не нужен маленький ребенок? Из слов этой чиновницы, я поняла, что женщина, которая посещает сейчас Василису, даже не знает, что у нее еще есть брат и сестра. Она даже еще не подписала заявления о принятии ребенка в семью.
Дети уже перенесли стресс, когда их забрали из биологической семьи и сейчас Вова и Наташа после нашего с ними общения верят своей новой маме. И как я потом должна объяснить им, что собственные интересы или амбициозные интересы чиновников – выше их интересов? Считаю, что если чиновники, которые занимают такие посты, уже не могут сострадать детям, то нужно и необходимо их менять. Ведь они в первую очередь должны поддерживать интересы детей, а не собственные интересы или амбициозные цели.


История Надежды Г., февраль 2014 года (Ленинградская область):
Мы хотим взять под опеку годовалого ребенка, он с рождения в доме ребенка, контакт по ВИЧ, мать лишена родительских прав. У ребенка есть старшая сестра 12 лет, которую он никогда не видел, она уже устроена в приемную семью. Общалась по телефону с ООП, к которой относится старшая сестра; они сказали, что на разделение предварительно согласны, т.к. и девочка пристроена, и двоих маловероятно, что возьмут. А по месту нахождения младшего брата и оператор, и ООП по телефону сказали, что все против разделения и направление на одного ни за что не выдадут. Насколько эти требования законны и как доказать, что установление опеки над одним ребенком и принятием его в нашу семью в интересах ребенка?


Нам не обойтись без вдумчивого обсуждения того, как в лучших интересах ребенка должны соотноситься:

I. Право ребенка жить и воспитываться в семье – родной или замещающей (должно ли оно преобладать над правом ребенка на общение с кровными братьями и сестрами?) - ст. 54 Семейного кодекса РФ


II. Право того же ребенка на общение с кровными родственниками, включая братьев и сестер (правило, согласно которому разлучение братьев и сестер возможно только в крайних случаях, развивает именно это право) - ст. 55 Семейного кодекса РФ

III. Приоритет усыновления (должен ли этот приоритет оправдывать разлучение ребенка с кровными братьями и сестрами?) - ст. 124 Семейного кодекса РФ

И это будет только начало дискуссии на эту сложную и тонкую тему.
Ольга, я понимаю, что в Вашем блоге рассматриваются в большей мере правовые аспекты. Но в вопросах с братьями-сестрами необходимо учитывать не только юридические аспекты, но, прежде всего, момент привязанности между родственными детьми. Как показывает опыт, у многих детей из сиблинговых групп либо вообще не формируется привязанность друг к другу, либо формируются деструктивные типы привязанности ( в условиях неблагополучной семьи или детского учреждения). Поэтому часто и густо вопрос у приемных родителей, принявших сиблингов, стоит вопрос не сохранения кровных связей, а создание их заново.
Другой вопрос- как это прописать законодательно, чтобы, во-первых, эти моменты учитывались, а, во-вторых не было злоупотреблений.
Мы взяли пятерых сиблингов. Дети воспитывались в разных учреждениях. Двое в доме ребенка, в разных группах и отсилы виделись лишь на прогулке (и то на разных участках на территории), один из них был с рождения в учреждении, младшую сестренку он узнал лишь через 2,5 года, когда ее в год изъяли и привезли в ДР. Еще двое были в дошкольном ДД, в разных группах, то же общение на прогулке и не больше. Старшая была вообще в другом населенном пунтке в интернате. 4,5 года опека не шла на разделение и даже не чесалась по их поводу, лишая детей шанса. Дети не общались, были разлучены годами, старшая даже не знала о рождении двух самых младших. Но "разделять не будем и точка". И вот да, поддержу предыдущего комментатора - мы по-новой выстраиваем у них эти чертовы кровные связи. На момент попадания в нашу семью это были абсолютно чужие друг другу дети.
В это же самое время раздербанили по трем семьям трех детей, хотя они совсем недавно были изъяты из одной семьи, ладно, малыш полугодовалый, но старшая девочка 6 лет заботилась о младших, она их знает, она скучает.
Брат и сестра младшешкольники, разлучены с момента изъятия как раз перед школой. Мальчик в интернате 8 вида, девочка в другом учреждении в другом населенном пункте. Недавно появилась еще маленькая, тоже уже в учреждении в третьем населенном пункте. Не делят. При этом запросто согласны разделить брата и сестру, живущих в одном детдоме в одной разновозрастной группе.
Молюсь, чтобы появились законы, которыми можно будет тюкать опеку, требуя соблюдать права детей. Магаданская опека работает по принципу "моя левая пятка желает".