Olga_Mitireva_colour

Стержень, на который надевается вся личность человека

1 июня 2012 года в Сахаровском центре Людмила Петрановская давала лекцию на тему семейного устройства сирот. Вот тут можно посмотреть видео с лекции (спасибо, kononok, за подсказку!), а я перескажу своими словами и на основании своих записей первую часть, где говорилось о том, что такое привязанность и какое значение она имеет для становления здоровой личности.

"Привязанность - это стержень, на который надевается вся личность человека", - вот буквальная цитата Людмилы Петрановской, которую я хочу поставить и заголовком этого поста и заголовком сайта
www.attach2me.ru, где продвигаю книги о привязанности на русском языке (в конце октября будет доступно и скачивание книг).

У каждого ребенка есть одно самое важное, неотъемлемое право - право жить и воспитываться в семье. Но что делать, если родная семья по какой-то причине не справляется с воспитанием своих детей? Лучшим решением было бы передать детей на воспитание ближайших родственников или в замещающую семьи, обеспечив и тем, и другим (при необходимости) адекватную профессиональную помощь в реабилитации и воспитании ребенка.

А что же детские дома? Почему не могут они быть полноценной заменой семейного воспитания?

Вспомним историю: детские приюты (или детские дома, да и вообще государственные воспитательные учреждения как новая категория) появились в XIX веке в условиях индустриальных городов как реакция на явную неспособность расширенной семьи (обычно оставшейся в сельской местности и географически отрезанной от работающих в городе родителей) "подхватить" осиротевшего ребенка. Действительно, по сравнению с голодной смертью на улице приют казался относительным благом, так как гарантировал хоть какую-то крышу на головой и пропитание.

Однако, общество развивалось, развивались и стандарты содержания и воспитания детей. Условия жизни в приютах часто сильно от них отставали - достаточно почитать "Жизнь и приключения Оливера Твиста" и "Дэвид Копперфильд"
Чарльза Диккенса, с которых, в частности, началась эпоха реформирования английских сиротских учреждений. Условия содержания постепенно улучшались, появились общественные попечительские советы, как органы контроля над расходованием средств.

Но несмотря на все эти положительные сдвиги, в государственных учреждениях по-прежнему сохранялись высокая смертность и заболеваемость детей. Любопытный (хотя и невольный) эксперимент имел место в 1930е-50е годы в Австрии, когда в медицине в целом были особенно популярны вопросы стерильности и профилактики эпидемий. В тот период в одной из образцово-показательных детских больниц в целях стерильности был полностью исключен физический контакт с маленькими пациентами. Ожидали небылых показателей выздоровления среди детей, а вместо этого получили уровень смертности в 3(!) раза превышавший смертность в тюремных приютах!

Австрийский случай - это пример последствий госпитализма, или реакции ребенка на одиночество. Получается, что человеческое тепло, общение, внимание так важно для благополучия ребенка, что может компенсировать вред от любых микробов и бактерий, с ним передаваемых.

Вторая мировая война дала и другие примеры того, насколько важно для развития и здоровья ребенка физическая и эмоциональная близость к любящим родителям. В Англии некоторые городские семьи пытались спасти своих детей от бомбежек и недоедания, отправляя их на проживание в сельские районы. Как ни удивительно, в итоге состояние детей, разлученных с родителями, оказалось хуже, чем тех детей, кто остался в опасном городе, но с родной семьей! Именно эти данные дали толчок для исследований
Джона Боулби в области привязанности.

Ежедневная забота со стороны любящих родителей показывает ребенку, что его потребности важны - и у него развивается базовое доверие к людям и миру в целом. А их искренняя любовь уже в первый год жизни сообщает ребенку еще одну  наиважнейшую (для его нормального развития) истину: "Я существую - и это хорошо!".

Вне любящей и заботливой семьи (родной или замещающей) ребенок обречен:
- либо на пренебрежение и заброшенность - если остается в неблагополучной семье, где царит эмоциональная и бытовая разруха и непредсказуемость;
- либо на запущенность и "госпитализм" - если попадает в детский дом с его обезличенным распорядком дня и коллективной организацией жизни.

И поскольку ни при одном из этих сценариев показать ребенку, как он важен, нужен и дорог, некому, то происходит:
- или "замирание" развития ,
- или нарушение привязанности,
- или смерть...

При этом надо различать временное "замирание" в развитии ребенка и задержку в развитии как своего рода хроническое состояние. Как правило, временное снижение интеллекта и потребности в общении - это проявление горя и потерянности, которые возникают у любого нормального ребенка при потере биосемьи (какой бы неблагополучной она ни была). "Хроническая" задержка в развитии зачастую связана с тем, что обеспечение собственных витальных нужд силами самого ребенка (а не его родителями) отвлекает массу сил, необходимых для развития. Одновременно у ребенка формируется дефицитарная модель мира ("на меня всегда не хватает").

Важно понять, что детский дом - это не альтернатива семейному воспитанию, не решение проблемы сиротства, а самая настоящая тюрьма! Не случайно в Исландии и Швеции выпускников детских домов приравняли к узникам концлагерей и выплачивают теперь компенсации как жертвам репрессий.

Да, в детском доме дети живут на "всем готовом", но при этом от них ничего не зависит. Всегда кто-то другой решает, когда есть, спать, гулять; что носить; где учиться. А в 18 лет правила игры вдруг меняются строго наоборот: ребенок получает абсолютную свободу и при этом никаких гарантий. Конечно, большинство сирот с такой переменой не справляются. Хотя в России нет официальной статистики жизненной ситуации детей-сирот через 5-10 лет после выпуска, но периодически в печати мелькают цифры о том, что только 1 из 10 сирот относительно успешно вписывается в общество. Удел остальных: бродяжничество, тюрьма, алко- или наркозависимость, смерть от несчастных случаев.

Система государственного воспитания не только крайне неэффективна, но и фантастически затратна:
содержание одного сироты в государственном учреждении обходится бюджету в 600,000 - 1,000,000 рублей в год (в зависимости от региона), без учета административных расходов и надбавок для учреждений VII и VIII типов. Для сравнения: выплаты на содержание ребенка в семье опекуна в г. Москве (это обычно верхняя планка) составляют 10,000 рублей в месяц, или 120,000 рублей в год (в 5 раз меньше, что стоимость содержания в детском доме).

В следующем посте - вторая часть лекции о причинах ступора в семейном устройстве детей-сирот и проблемах системы в целом.
Кажется, у Людмилы Владимировны в ее журнале была ссылка на эту лекцию, там посмотрите, за те же числа, в начале июня. :-)